— Девушка, чего ж вы сидите? Ваша очередь! — строгим голосом обратилась к ней Марфа.

Тина хотела подойти к Валентине Васильевне и сказать… Да что тут скажешь?! Надгробье гранитное метровой вышины человека не заменит.

«А мне теперь будет удача, она мое счастье выкупила», — пронеслась в голове у Тины кощунственная мысль.

Кабинет был погружен в полумрак, золотистый отблеск свечей ложился на бархатные шторы. Колдун сидел в глубоком кресле, сцепив в замок длинные пальцы. На столе перед ним стояла белая тарелка. И все. Ни черепов, ни четок, ни карт таро, ни прочей колдовской шелухи. Пахло странно. Так возле реки веет влагой и водорослями. Только здесь этот запах мешался с запахом горящего воска.

— Мне надо с вами поговорить. У меня дар. Настоящий, — выпалила Тина, все еще стоя у двери и не осмеливаясь подойти ближе. — Я вот что вам скажу: у Валентины Васильевны сын погиб. Я это поняла сразу. За локоть ее взяла и поняла.

У колдуна было необычное лицо — белое, с орлиным носом и надменным, изломленным в недоверчивой улыбке ртом. Длинные волосы, черные и блестящие, доходили почти до плеч. Но самое странное — золотистые огни свечей в его глазах отражались холодными голубыми бликами.

— Ну, это нетрудно, — недоверчиво покачал головой колдун. — Даже в кабинете я слышал, как она кричала на крыльце.

— Нет, я до все поняла. Я не вру. Но ей ничего не сказала. И вы не должны были. Как можно?

— Не тебе меня учить, что надо делать, — ответил он надменно. — Теперь она сможет его похоронить.

— Как я вам завидую: вы не сомневаетесь в собственной правоте.

Он слегка подался вперед:

— Зачем ты здесь?

— Мне нужно место ассистентки. Он указал на стул: