Барс рефлекторно попятился от опасного места, сминая ковер, лапы расползлись, он растянулся на паркете, встал и ошарашено помотал головой, приходя в себя. Спустя минуту дверь распахнулась вновь. За ней, грозно нахмурив брови, стояла Элия. На принцессе была домашняя одежда: белая воздушно-кружевная блузка, уютные темно-синие бархатные брючки и легкие туфельки на маленьких каблучках. Но весь этот милый наряд нисколько не умалял сурового вида богини.

  - Прекрасный день, дорогая, прости, что пришлось тебя побеспокоить. Хоть и не своей воле я сделал это, - возвращаясь в облик мужчины, взмолился Энтиор, простирая к сестре руки. Принц был готов заплакать, оттого что стради гневалась на него, и в то же время испытывал какое-то восторженное удовлетворение от этого.

  - ..., - первые выражения, слетевшие с дивных уст богини, носили абсолютно непечатный характер, но жалобный взгляд вампира слегка смягчил гнев принцессы. Она сердито поинтересовалась: - Тебе что, надоело пребывать в здравом уме, дорогой?

  - Что ты имеешь в виду, стради? - непонимающе прошептал Энтиор, стоя перед сестрой, как кролик перед удавом, и наслаждаясь мелодичным звучанием строго голоса.

  - Я отдыхала, сняв блоки со своей силы. Иногда и мне необходимо расслабиться. Счастье, что ты сейчас способен не только на бессмысленный страстный лепет и лобызание моих ног. Должно быть, оборотническая форма смягчила воздействие, - мрачно ответила Элия, все еще изрядно злясь на брата.

  - Лобызание ног? - мечтательно протянул вампир и попытался опуститься на колени перед принцессой.

  Пресекая его порыв, богиня взяла брата за подбородок и, нахмурившись, внимательно всмотрелась в его ослепительно-бирюзовые глаза, проникая в самые глубины ледяной души принца. Тот стоял, не шевелясь, млея от наслаждения, ведь острые ноготки принцессы впивались в его кожу. Через несколько секунд Элия кивнула, будто в чем-то соглашаясь сама с собой, и резко провела прохладной рукой по разгоряченному лбу вампира. Энтиор несколько раз моргнул, словно очнувшись от бредового сна наяву, и, облегченно вздохнув, с нежной благодарностью поцеловал запястье сестры: