— Что случилось? — спросил Миша.

— Тревога, — сказал папа.

— Какая тревога?

— Учебная.

Миша посмотрел на Брыкина, но Брыкина на прежнем месте уже не было. Брыкин во весь дух убегал к себе в санчасть.

— Ты куда, Брыкин? — закричал Миша. — Ты куда?

— Что ты кричишь? — сказал папа.

Миша хотел объяснить, но тут раздался такой лязг и грохот, что задрожала от этого грохота земля и Мишины щёки, и Миша поскорее вцепился в папину руку.

«Что это?» — хотел спросить Миша.

И увидел сам:

здоровенные пушки, прекрасные пушки неизвестно откуда выползали на площадь, их тащили огромные тягачи, тягачи были похожи на танки, а пушки — одна на одну.

«Р-р-р-р», — хрипели тягачи.

«Ур-р-р», — урчали моторы.

«Да куда же это всё прятали?» — сам себя спросил Миша.

В это время из знакомого домика вынесли какую-то длинную штуку, завёрнутую в чехол. Нёс её Мишин знакомый Лёша.

«Знамя», — догадался Миша.

Чехол был зелёным.

Тягачи были зелёными.

Пушки были зелёными.

Солдаты были во всём зелёном.

«Защитный цвет», — вспомнил Миша.

Открылись огромные ворота в заборе, и поползли туда пушки, а за пушками — солдаты на машинах, а за солдатами — полевые кухни, а за ними — ещё машины. Зачем они — Миша не знал.

Миша дёрнул папу за руку и крикнул:

— Брыкин где?

— А? Что? — тоже крикнул папа.

— Брыкин!

Но папа только показал на свои уши: не слышу, мол.

И тут Миша сам увидел Брыкина.

Брыкин в каске.

Брыкин с автоматом.

Брыкин с санитарной сумкой на боку садился в машину.