Накануне было пасмурно и зябко. Но вечером прорезался под тучами ясный закат и потеплело. Утро наступило сверкающее. Глянешь на улицу, и сразу понятно: день будет солнечный и жаркий.

Вера Вячеславовна распахнула все окна и пошла выгонять из кровати засоню Иринку. Но Иринка, оказывается, не спала. Она стояла босиком перед зеркалом и задумчиво показывала себе язык. Увидев маму в зеркале, Иринка повернулась на пятке и сказала:

– Помню, помню, помню: "Сегодня суббота, большой аврал, никаких отлыниваний, никаких срочных дел…" Только не корми меня с утра яичницей, я от нее теряю работоспособность.

Вера Вячеславовна засмеялась. Она заметила, что нельзя потерять, чего нет, и отправила Иринку умываться. В квартире было просторно и тихо.

– А где папа?

– Раным-рано ушел в мастерскую, у него сегодня худсовет… Поджарить колбасу с горошком?

После завтрака Иринка лихо двигала стулья, хлопала во дворе половики, протирала подоконники и карнизы. В своем черном купальнике она носилась из комнаты в комнату и была похожа на ласточку. Это удивляло Веру Вячеславовну. Не то, что дочь похожа на ласточку, а то, что в ней прорезалось с утра такое трудолюбие.

Впрочем, Иринка успевала и дурачиться. Обмотала себя шлангом гудящего пылесоса и закричала:

– Мама! Смотри, я воюю с кровожадным драконом! Он обвил меня своей длинной шеей!

– Перестань терзать пылесос! Чисти ковер или увидишь настоящего дракона. Я сама в него превращусь.

– Нет, – возразила Иринка. – Ни в кого ты не превратишься, ты меня любишь. В крайнем случае скажешь: "Человеку, перешедшему в пятый класс, пора избавляться от детсадовских привычек…"

– Я вот тебя веником…

Иринка захохотала, и они с "драконом" накинулись на ковер…