Бесцеремонно схватив меня за локоть, он зашептал:

— Полон дворец нежити! Давеча в деревню заходил бард один, такого рассказал, жуть просто… Вроде как эльфийский правитель уже давно заключил договор с Некролописом…

— Некрополисом, — поправила я, разглядывая запылившиеся носки башмаков. Они отчаянно просили каши, надежды же на новые туфли были весьма призрачными.

— С Некролописом, — повторил, волнуясь, Этьен, — и те… Ну, нежить всякая — теперь отряжают послов к эльфийскому двору.

— Ну и что с того?

Из-за живой изгороди показалась ветхая стена моего родового замка. Кладка потрескалась, строительный раствор кое-где осыпался — жалкое зрелище! И все же эта развалюха оставалась моим единственным и в какой-то мере очень любимым домом.

— Как — что?!! — возмущенно воскликнул Этьен. В его зеленых глазах светилась собачья преданность. — Тебе надо убежать из дому!

— Чтобы не выходить замуж за эльфийского короля? — я подозрительно воззрилась на будущего хозяина мельницы. На сумасшедшего вроде не похож, а там — кто знает?

— Именно! — воссияв от восторга, подтвердил Этьен.

Мне показалось, что на сей раз беседа наша зашла в тупик. Да и что можно сказать молодцу, который верит каждому слову деревенской гадалки?

— Мы убежим на край мира, — между тем деловито продолжал он, — я буду добывать дичь, ты ее готовить…

— Вне всякого сомнения, — серьезно заверила я его, — но мне необходимо собрать вещи. Надеюсь, ты не против?

Между тем мы подошли вплотную к тому, что в нормальных замках является рвом, а в моем собственном всегда было заросшей илом и камышом канавой, где резвились утки. Потянуло сыростью и тиной.