С этими словами он перевел взгляд ледяных глаз на капитана.

— Приветствую, Тео, давно не виделись. — Он вынул из кармана одну золотую монетку, швырнул капитану, приказав: — Нам на остров Чертовых зеркал.

Тот с необычайной жадностью схватил ее прямо на лету и прижал кулак к груди.

Катя пораженно взирала на загорелого долговязого мужчину с черными вихрами, одетого в земельного оттенка рубаху, отороченную помятыми кружевами. Лицо его было худым и осунувшимся, подбородок заросшим, а темные глаза — усталыми-усталыми.

Девушка недоуменно приподняла брови. Перед ними стоял не вампир — человек, никаких сомнений не оставалось.

И этот человек гневно смотрел на нее.

— Зачем девчонка? — прохрипел он, едва шевеля сухими губами с белым налетом.

Лайонел его как будто не расслышал и представил Кате: — Теофано Лусиэнтес Вильяльба. — Затем назвал ее имя и поинтересовался: — Твои каюты все такие же грязные? — На носу появились брезгливые морщинки, а уголки губ опустились.

Капитан продолжал буравить Катю злым взглядом маслянистых глаз, и девушке сразу вспомнилось знаменитое выражение, что женщина на корабле к несчастью…

Недаром пират скривился. Ее всегда изумляло, почему всякие разбойники — эти богоотступники так скрупулезно чтят приметы. Казалось бы, во что они вообще верят?

Лайонела же нисколько не озаботило недовольство капитана, куда больше его интересовала Орми, усевшаяся ему на плечо. Судя по их действиям, они играли — маленькая забияка продвигала коготок к верхней пуговице рубашки молодого человека. А тот, если успевал, хлопал указательным пальцем по нему.

— Она как та — Великая Екатерина? — неожиданно спросил Теофано.

Лайонел снисходительно улыбнулся.

— Очень отдаленное сходство.