Очередной противник пока был плохо различим и мог спокойно жать кнопку огня, дожидаясь попадания в «яблочко». Василий услышал нарастающий трубный звук, это приближалась ракета, четко отличающая его облик от образа деревьев и кустов. «Ну почему я не ёлка, теперь всё, абзац», — произнес он прощальное слово, однако волна сорвала его с места. В один нырок он преодолел три десятка метров. Поток снова вынес его на твердь, взгляд сфокусировался, тут горячая стена взрыва двинула его сзади, заставила перекувырнуться три раза, но не прикончила. Впрочем, Василий чуть не сломал позвоночник об какую-то толстую ветку и, хрипло выдохнув, шмякнулся на ковер из мха возле здоровенного пня. Чуть левее — расколол бы голову.

Не отдохнув и полсекунды, он кинулся бежать. Дорогу не выбирал, ветви лупили его со всех сил и по физиономии, и по животу, и по ногам; на губах почувствовался солоноватый «морской» привкус крови. То, что он петлял как заяц, сыграло свою роль — следующая умная ракета разорвались справа от него, в достаточном удалении. Закончив петлять, Василий оказался у тела первого охотника. Тот был стопроцентным покойником, так что не возражал, когда у него позаимствовали автоматический гранатомет — по счастью, эта американская машинка не слишком отличалась от русского РПГ-50.

Поток ускоренного времени втянул Василия и повел по сучкам лысоватой сосны. Он и враг номер пять увидели друг друга почти одновременно, но если граник

Граната долетела раньше, однако в тот момент, когда она взорвалась, ракета уже покинула трубу пусковой установки.