Едва зайдя в помещение, полное элиты их города, Кристина поняла, что совершенно зря пришла на этот прием. Наверное, не обошла ее стороной, неясная хворь. И, матеря в уме, всеми известными ей словами тот злосчастный слюнявый поцелуй, главный редактор схватилась за руку Стэна, до смерти пугая фотографа — Ээ…, с вами все хорошо, мисс Шайн? — Неуверенно спросил мужчина, ощущая, как начальница, практически, оседает на него. — Нет. — Честно призналась Кристина, ощущая себя так…, так…, словно на полном бегу врезалась в бетонную стену. Ей не хватало воздуха.

Девушка просто не могла сделать вдох. Крис ощущала, как тело начинает трясти, словно в лихорадке. Но не это было самым пугающим. Ей казалось, будто из нее вытягивают душу, выворачивают на изнанку, сматывают в какой-то дикий, хаотичный комок… Боже, да что же это?

Лихорадочный бред?

Вероятно. Но у Кристины не было других слов, чтобы передать это ощущение… Наконец, опустившись на первый попавшийся стул, к которому ее, почти подтащил помощник, девушка смогла немного перевести дыхание… — Иди, работай, Стэн. — Прохрипела редактор, поразительна напоминая самой себе голос Жана. — Похоже, я заразилась. Немного посижу, и поеду домой. А ты — фотографируй. Составим потом фото-коллаж, а заметку состряпаем как-то, не в первой. — На последнем издыхание проговорила Крис, жадно глотая воздух ртом, и понимая, что спазмированное горло, все равно, не пропускает его в легкие. Неуверенно кивнув, и бросив на девушку еще один взгляд, помощник послушно пошел выполнять указания.

А Кристина, тяжело вздохнув, прислонилась к стене, вслушиваясь в бешенный стук сердца…

Клод искренне и непритворно скучал, даже не пытаясь скрывать это от окружающих его людей.