Хотя эти толстосумы, окружившие колдуна, словно саранча, и бросали в его сторону неодобрительные взгляды, когда он, совершенно неприкрыто, зевал посреди разговора, но молчали, не имея возможности предъявить претензии одному из их круга. И такой расклад весьма забавлял. Жаль, не на столько, однако, чтобы развеять нудное плетение времени. Но его присутствие здесь — было тем обстоятельством, которое мужчина не мог изменить. Последней волей его отца, передавшего наследнику и магически дар, и богатство — было поддержание статуса их семьи в мире простых смертных. И оттого, Клод был вынужден ввести двойную жизнь, проводя вечера в компании этих напыщенных кретинов, разыгрывающих из себя небожителей, при этом даже не догадывающихся, насколько Клод был истинно близок к древним божествам по моще и силе. Куда ближе любого из тех, кто выпивал в этом зале… Понимая, что еще секунда в компании «старых приятелей» его отца, заставит мага сорваться, и просто напросто, проредить ряды гостей внося оживление в эту могильную вечеринку, мужчина отставив свой, так и нетронутый бокал, на подоконник, вышел на открытую террасу балкона. Здесь не было никого, кто мог бы привлечь внимание Магистра в его поиске неизвестной силы. Единственные люди, которые обладали тут даром, были приведены самим Клодом за компанию…, а так же в качестве изощренного наказания, чтоб не повадно было открывать рот, когда не надо. А потому, Дрю, Фред и Джаред разделяли с ним «радость» этого вечера, чтоб Магистру не одному приходилось подыхать от скуки. На самом деле, он просто потащил с собой тех, кто вызывали наибольшее подозрение, по возможности наведения на Клода того сна, вот колдун и не собирался спускать с них глаз. Но сейчас, Клоду опротивело каждое из этих лиц.

Даже его помощников.

Глубоко вздохнув морозного воздуха, мужчина запрокинул голову, чуть насмешливо улыбаясь Луне. Совсем скоро придет время для ритуала. Три дня, в которых пересекутся времена, давая тому, кто сумеет использовать подобный шанс, завладеть мощнейшей энергией, изменяя перевес в древнем состязании и… Что за… На него, словно, упало небо… Вот, дерьмо!