Наконец он добрался до клеток, которые прятал в небольшом темном сарае, построенном за старой лачугой. В этой лачуге он родился. Когда отец и мать его умерли, это владение перешло ему, как старшему мужчине в семье. Наследство было скудным, и он так и не смирился с тем, что это все, на что он может рассчитывать. Когда представилась возможность стать соглядатаем, он с жадностью за нее ухватился. Несколько подслушанных слов, лицо или имя, опознанное по рассказам, слышанным в тавернах и пивных, обрывки сведений от потерпевших бедствие на море и доставленных в госпиталь — кому–то все это могло понадобиться.

По крайней мере, одному человеку — это уж точно.

Санитар понял, что от него требовалось. Она с самого начала дала это понять. Ей суждено было стать его Госпожой, перед которой ему придется отвечать по всей строгости, если вдруг он посмеет ослушаться. Кто бы ни входил в дом целителя, и что бы в нем ни говорилось, если это вообще имело хоть какой–то смысл, она должна была знать. Она сказала, что ему решать, когда стоит вызывать ее. Естественно, он должен быть готов отвечать за свои вызовы. Но лучше перестраховаться и позвать ее, чем не донести что–либо важное. Она разозлится меньше, если зря потратит время, чем, если упустит важную информацию.

Несколько раз он ошибался в своем решении вызвать ее, но она не сердилась и не отчитывала его. В таком деле ошибок не избежать. Но в большинстве случаев он понимал, какие сведения чего–то стоят, а какие — нет. Чтобы добыть ценные сведения, нужно терпение и упорство.

Он развил в себе и то и другое, и эти качества ему пригодились уже не раз. И он понимал, что на этот раз у него есть что–то действительно ценное.