На горизонте, прямо из мертвенной глади, торчало некое куполообразное сооружение. А внизу, у самой кромки воды, гнусно орали и дрались друг с другом десятка два чаек и поморников, которых подкармливали прогуливающиеся вдоль набережной женщины. Поглазев на горластых дебоширов, я подошел к гейтсу, ознакомился с местными паролями, выбрался в Интернет и отправил короткое сообщение домой. Дескать, жив-здоров, вам того желаю, приступаю к выполнению задания согласно разработанному вами плану… Потом вытащил из чемодана и засунул в подплечную кобуру «стерлинг», а в нагрудный карман «Моторолу».

И ровно в девять спустился вниз.

— Господин Метальников, вас ждут! — Портье, лысеющий тип с блудливыми поросячьими глазками, кивнул в сторону полупустых диванчиков в углу холла (вчера вечером эти диванчики занимала целая стая ночных бабочек). — Я хотел вам позвонить, но они сказали: «Не стоит».

Портье прямо изнемогал от профессиональной готовности услужить. До чего ж такие чуют, у кого рука не оскудеет!..

Я вознаградил его профессиональную готовность полновесным целковым, нацепил на физиономию безграничную мужественность положительного героя и отправился к «ним».

«Они» были в полном своем великолепии — пятьдесят пять смачных килограммов, облаченных в темно-синий костюм делового покроя.

— Здравствуйте, Инга!

— Рада вас видеть, Макс! — «Они» встали и одернули юбку.

Каким-то непостижимым образом это движение подчеркнуло упругую полновесность верхних и аппетитную округлость нижних девяноста. Не иначе, темно-синее произведение портновского искусства, в которое «они» облачились сегодня, было рождено на свет местным филиалом «Дома Юдашкина». Вчера, помнится, на обозрение гостю представили нечто апельсиновое, безрукавное и мешкообразное.

— А как мне-то приятно! — Я легонько пожал протянутую узкую ладошку.

Не в моих правилах делать комплименты молодым женщинам в первые пять минут знакомства. Однако поскольку эти минуты истекли чуть ли не двенадцать часов назад, я решил, что теперь правила нарушены не будут.