Я сдержала едва не вырвавшийся из-за моих клыков рык — и виду не подала под пронизывающим, сканирующим взглядом посланца. Уж наверняка ему поручили проследить за моей реакцией и доложить начальству. Надев ледяную маску непроницаемости, я сказала:
— Хорошо, я подумаю.
Курьер, галантно поцеловав мне руку, с поклоном удалился.
1.3. Ночная беседа
— Н-да… Надеюсь, ты не показала, что тебя это обидело или как-то задело?
Оскар, держа в одной руке листок с посланием, а в другой — сигару, выпустил из насмешливо сложенных губ струйку дыма.
— Ещё чего! — пренебрежительно хмыкнула я.
Оскар ласково похлопал меня по руке.
— Не бери в голову. Обезглавленная змея не может кусаться.
Я спросила:
— К чему это вообще? Ты в курсе?
Оскар кивнул. Он уже не улыбался, усмешка теперь притаилась только в уголках его глаз.
— Всё согласовано. Это будет окончательным вливанием Ордена в «Аврору», только и всего.
Разговор происходил в четыре утра в моей квартире. На экране декоративного камина плясало изображение огня, на столике лежал досуха выжатый полуторалитровый пакет из-под крови и стояли два бокала. «Аврора» расширялась и увеличивала своё могущество с каждым годом. Овдовевшая и бездетная Юля тешилась своей единственной и любимой игрушкой — властью.
— Так почему я, Оскар? Почему бы, например, тебе не стать Великим Магистром? — спросила я.
— Ну что ты! — ответил он, стряхивая пепел. — Куда мне! Я никогда и не стремился к этому посту. Посуди сама: если глава «Авроры» — ты, то и главой Ордена логичнее стать тебе.