— Прости, иб-Барахья. Чужой дом — чужие законы. Не всегда легко понять их и привыкнуть к ним.
— Все так, шулдар. Однако это ты пришел ко мне за советом. Даже не веря в мою силу — пришел. Ты готов заплатить назначенную цену?
Ни сомнения, ни досады:
— Готов, иб-Барахья.
— Тогда скажи — чего хочешь, о чем просишь?
Иллеар пристально посмотрел ей в глаза. Так, как умел это делать, когда хотел смутить собеседника, подавить его своей волей. Иллеар знал за собой такую способность — и пользовался ею в последние годы все чаще.
— Ты ведь сама знаешь, иб-Барахья.
— Разумеется, знаю. Но таков ритуал. Просьбу должно огласить. Договор между небом и землей не заключают впопыхах, шулдар.
«Показалось, или голос ее чуть дрогнул?»
— И снова ты права, а я — нет. Ну что же, вот моя просьба: желаю знать, чем обернется для Тайнангина следующий год. Знаю, что иншгурранцы вот-вот заключат договор с трюньильцами, да будут прокляты и те, и другие! Знаю, что южные кочевники только и ждут удобного часа, дабы потревожить наши рубежи. 'Знаю, что между Мертвыми Песками и Западной Стеной неспокойно. — Он позволил себе криво усмехнуться: — Знаю, ибо проверил на собственной шкуре. Однако, — продолжал Иллеар, — я желаю знать, принесет ли мне удачу военный поход на перевалы, которые связывают Тайнангин с Иншгуррой и Трюньилом. Дома я намерен оставить достаточно сил, чтобы сдержать прочих врагов. Но перевалы… я не уверен, пройдем ли мы их без потерь. И что нас ждет по ту сторону Сломанного Хребта?
— Не о том спрашиваешь, шулдар, — бесстрастно произнесла иб-Барахья. — Идти за Хребет тебе нужно было два года назад. Год назад. Полгода назад. Не сейчас. Твои враги перестали хватать друг друга за глотку. Поздно, шулдар! Спроси о другом: когда люди с Востока перейдут перевалы Хребта и обрушатся на города Тайнангина — выстоят ли твои войска? смогут ли отбросить захребетников назад? хватит ли им сил и мужества, упорства и мастерства? Спроси об этом, шулдар — и я стану искать для тебя ответ, как должно, у ветров и у пустыни. Так что же, — молвила она, повысив голос, — ты спрашиваешь, Иллеар Шестой по прозвищу Кровавый Садовник, сын Су-Л'эр Воинственной, отец Ай-Кинра? Ты спрашиваешь?