– Я заприметил его, когда приходил сюда на разведку, – засмеялся первый. – Он вор и бегает быстро. Спорю, что догоню его раньше, чем ты.

– Тебе только рыбу по плошке гонять, – поддразнил третий, плечистый, с открытым забралом. Глаза сидели на его широком плоском лице, как две голубые бусины, в грязно-желтой бороде виднелись кривые зубы. – А вот я, клянусь Ватаном, его подколю.

– Хвастать ты горазд, а приходишь всюду последним, Тостиг, – не остался в долгу первый.

– Помолчи, Онгист, – проговорил воин в бараньем шлеме. – Ставлю десять золотых, что добыча будет за мной.

– Идет! – Первый нагнулся и перерезал кинжалом веревку. – Давай, парень, беги!

Гаэлен на бегу подобрал камень, швырнул, и желтобородый Тостиг кувыркнулся с коня.

Потом копье ударило его в спину, перед глазами сверкнула сталь меча.

– Знатно, отец! – успел услышать Гаэлен, прежде чем тьма поглотила его…

Он утратил всякое представление о времени и пространстве. Он был черепахой и тащился, медленно поджариваясь, по горячим углям; кружил, как паук, в наполненной болью лохани; погибал в кипятке, как рак, – но все-таки полз.

Все это время за Гаэленом неспешно шагал желтобородый воин, так ловко сброшенный им с коня.

Тостигу становилось скучно. Поначалу он любопытствовал, далеко ли уползет этот подранок. Как ужаснется мальчишка, в какое отчаяние придет, увидев, что мучился попусту! Но теперь тот, по всему видно, бредит, и незачем тратить на него время. Тостиг вытащил меч, собравшись прикончить парня ударом в затылок.

– Если убьешь его, красавчик, отправишься следом за ним.

Тостиг отскочил и направил меч на сумрачный лес. Оттуда выступил высокий горец в кожаном плаще – в руке посох с железным наконечником, на груди черная перевязь с двумя кинжалами, на бедре длинный охотничий нож. Темная борода в виде трезубца усиливала насмешливое выражение зеленых глаз.