
Никогда мне не хотелось убить его так сильно, как в тот момент. Но я слишком слаб, что бы кого-нибудь убить. И ненависть не придает мне силы, как некоторым, но лишь отнимает то немногое, что у меня есть. Поэтому принц до сих пор живет.
Между тем дед не оставлял своих попыток обучить Тамариска государственным делам. Принц должен был присутствовать на всех приемах и на заседаниях государственного совета. Перед входом в тронный зал специальный человек обыскивал Тамариска и проверял, не спрятано ли у него чего-нибудь за пазухой. Делалось это по специальному распоряжению деда и началось после того, как Тамариск притащил в тронный зал рогатку и в самый торжественный момент камнем сбил перо на шляпе посла одной очень воинственной державы. Возмущенный посол тутже удалился из зала и, не обращая внимания на уговоры, в течение часа покинул город вместе со всем посольством.
В ноте, которую нам потом передали, говорилось о том, что «вознамерившись руками цесаревича телесное ущербление произвести» , мы тем самым нарушили дружественные отношения, установившиеся между нашими странами.
А надобно тебе знать, что король этого самого государства был, как и его посол, вспыльчив до крайности, и, вроде цепного кобеля, бросался на любого из-за самой малости. Деду стоило немалых трудов установить с ним хоть сколько-нибудь приличные отношения, и уже с десяток лет гасить миром все пограничные стычки. И теперь такое… К воинственному королю тутже поехали послы с богатыми дарами, а Тамариска дед избил жестоко и собственноручно.
Я тогда спрятался за занавеской, чтобы послушать его вопли и порадоваться, но принц во время экзекуции не издал ни звука, и потом, хотя и пролежал на животе, не вставая, почти целую неделю, никто не слышал от него ни одной жалобы. А все три названных брата всю неделю простояли на коленях возле его постели, и, когда подходили слуги, скалили зубы на манер их же охотничьих псов, и сами все делали для него, выносили горшки и все такое… Когда они поворачивали его или меняли повязки, Тамариск ругался сквозь стиснутые зубы, а братья рассказывали ему похабные анекдоты, чтобы отвлечь от страданий.
