Старшая фрейлина смотрела на принцессу почти с испугом.

Лорна улыбнулась и продолжила:

– А что касается ремесленника… быть может, он и впрямь не самый опытный, зато вне всякого сомнения – самый родовитый. Вряд ли хоть какая-то принцесса по эту сторону моря может похвастаться, что носит на своих ногах башмачки, сшитые руками принца.

– Принца? – вяло пробормотала старшая фрейлина, еще не отошедшая от известия, что принцесса намерена разводить во дворце волков. – Какого еще принца, ваше высочество?

– Принца Ильтара, – ответила Лорна. И тотчас припомнила… ночь… костер… и руки, ловко орудующие иглой, самые чудесные руки на свете…

«Да что это со мной такое? – тотчас ошеломленно подумала Лорна. – Ведь я же не влюблена в него! Так и к чему эти дурацкие мысли?»

– Эти башмачки сделал для вашего высочества его высочество принц Ильтар? – оторопело поинтересовалась старшая фрейлина.

Принцесса Лорна кивнула.

Старшая фрейлина погрузилась в глубокую задумчивость. Ей и в самом деле предстояла нелегкая задача: попытаться понять, чем являются эти невероятные, нелепые, не вписывающиеся ни в один дворцовый канон башмачки – дуростью, блажью, позором… или, наоборот, чем-то таким, что завтра всколыхнет дворцовую моду? Чем-то, что заставит теарнских, а потом и прочих придворных модниц выкинуть целые состояния за точные копии башмачков принцессы… ах, всего лишь копии, потому что оригинал существует в единственном экземпляре и ценен не только формой, материалом и отделкой, но и руками, которые его сделали… разве что принц Ильтар когда-нибудь… нет! Об этом даже думать порядочной фрейлине немыслимо! Представить себе принца – пусть даже и соседнего государства – за черной работой?! Ужас!

Придя к последнему выводу, старшая фрейлина решительно выпрямилась.

– Ваше высочество… эти башмачки совсем не то, что следует вам носить… а уж о том, чьими руками они сделаны, говорить вслух просто немыслимо! Мне понятно ваше состояние, ваше высочество, вам пришлось столько всего пережить, но принцесса должна быть выше всего этого! Принцесса должна держать себя в руках, что бы ни произошло. И уж упоминать о том, что их высочество был вынужден… – старшая фрейлина поджала губы и замолчала.