Капитан похлопал штурмана по плечу — озвучивать опасения не было смысла. Буря несла их в самое сердце водоворота. Серая пена так и летала над высоким носом корабля, украшенного фигурой Покровителя — образом, который на каждом саракконском корабле выбирали сами матросы. У Покровителя «Омалу» было гибкое тело Яхэ и голова пайхи. Так что сам остов корабля был пропитан мудростью великой богини и целительной способностью священной птицы. Встречное течение швыряло «Омалу», словно ореховую скорлупку, и капитан понимал, что понадобится вся сила и мудрость Покровителя, чтобы судно уцелело.

Едва поравнявшись с мысом, корабль резко накренился. Капитан увидел, как хлопья серой пены взлетают к сумрачному небу, а волны неистово бьются о черные зазубренные рифы. Штурман из последних сил налегал на румпель, чтобы «Омалу» не сбился с курса. Ветер не стихал, и посылать нового дозорного на бизань-мачту было опасно. Капитан отправил первого помощника в носовую часть.

Содрогаясь, «Омалу» вошел в зону встречных течений. Капитан испуганно взглянул на Светящееся море. Несмотря на название, вода в нем была черной, как ночь, так же как и рифы, обрамлявшие мыс Кривого Меридиана. Даже самый зоркий глаз с трудом различал их очертания.

Теперь скорость корабля работала против моряков. Капитан приказал спустить все паруса, и команда кинулась выполнять приказ. Кормчий сам сворачивал парус, когда увидел первого помощника. Черты его лица заострились, а глаза казались совершенно безумными.

— Я отдал тебе приказ, — раздраженно прорычал капитан, — почему ты покинул свой пост?

— Я видел… — Первый помощник говорил с трудом. — Мы все видели, капитан!

— Что ты видел? — Капитан сжал кулаки, готовясь призвать помощника к порядку. — Скалы?

Моряк покачал головой.

— Нет, не скалы! Я видел…

— Помолчи секунду! — Штурман сумел выиграть борьбу со встречным течением, и корабль медленно, но верно проходил мимо обрамленного скалами мыса. — Ну, что ты мог увидеть?