«Одноглазая Пегги» врезалась в тушу чудовища, вздрогнула и свернула вбок, скользя по гладкой чешуе. Бородатый хорвум метнулся вперед, к работающим в оснастке гномам. Но не успел он раскрыть свою зловонную пасть, как старый волшебник шагнул вперед и взметнул вверх руку.

В ладони его сверкнула зеленая молния. Резкие свистящие звуки, сопровождавшие ее появление, заглушили даже рев ветра.

Хорвум замер, что спасло гномов – ужасные челюсти щелкнули всего в нескольких футах от них. Чудовище попробовало было повторить атаку, но перед ним словно выросла невидимая стена. Тогда оно решило сменить тактику и метнулось вперед, нападая на Крафа.

От толчка, в который тварь вложила всю свою ужасающую силу, волшебник полетел за борт. Все это происходило на глазах у Джага, но он был совершенно не в силах в это поверить.

– Вы что, шелудивые псы, совсем разум потеряли? – взревел Халекк. – Порежьте эту гадину на куски!

Пираты обнажили сабли и боевые топоры. Джаг вытащил нож, хотя догадывался, что его лезвие вряд ли сможет нанести чудовищу особый вред.

Бородатый хорвум снова ринулся в атаку, но пираты успели уклониться от его челюстей и нанести ответные удары. К несчастью, особо успешными их действия назвать было трудно – на теле твари, покрытом чешуей, не осталось ни царапины.

Предприняв очередную атаку, хорвум схватил одного из гномов и на глазах у товарищей по команде перекусил беднягу пополам, после чего, мотнув головой, сломал грот-мачту почти у самого основания. Удерживаемая лишь оснасткой, мачта повалилась на правый борт, еще сильнее накренив «Одноглазую Пегги» и сбросив в океан двоих пиратов.

Двеллер крепче сжал нож. «Конечно, все наши усилия напрасны, – думал он, – мы не в силах справиться с ужасной тварью. Она без труда сможет уничтожить корабль, и мы окажемся за бортом. Даже если кто-то и выживет, то помощи в этих водах ждать неоткуда».