– И тогда?

– И тем не менее, мы обязаны это сделать.

– Возможно, – сказал Китраан, – мы могли бы послать одного из наших лакеев к Чародейке, чтобы он рассказал ей о том, что произошло, а в это время мы могли бы заняться своими делами.

– Почему нет, – с энтузиазмом воскликнула Тазендра. – Это идея. Что вы думаете об идее Китраана, Пиро?

– Да, это не пришло мне в голову, – признался Пиро.

– И вы думаете, что это хорошая мысль? – спросил Китраан.

– Я должен обдумать это.

– О, – сказала Тазендра, – мы не имеем ничего против обдумывания.

– Действительно ничего, – согласился Китраан. – Я сам, как вы знаете, использую каждую возможность, чтобы подумать, и мне совершенно не жалко предоставить другому такую же возможность.

– Это просто замечательно; я так и сделаю.

– И вы сделаете это прямо сейчас? – спросила Тазендра.

– Да, я делаю это каждое мгновение, – ответил Пиро.

– Очень хорошо, – сказал Китраан.

– Да. Тогда мне не надо ни говорить, ни спрашивать, – сказала Тазендра с вопросительно интонацией.

– В точности то, что вы спросили.

– Вы так думаете.

– Уверен.

– Ну, тогда я рада.

– И вы должны быть. Но, прошу прошения, я думаю.

– Конечно, – сказала Тазендра, замолкая.

– Очень хорошо, – через несколько мгновений сказал Пиро. – Я согласен. Мы пошлем одного из наших лакеев с сообщением.

И тут Грита услышала звук, который, как она решила после некоторых размышлений с ее стороны, был не чем иным, как аплодисментами, то есть тем звуком, который производят две руки, сойдясь вместе.

– Итак, – сказала Тазендра, это решено. Вот только-

– Да?

– Кого из них мы пошлем?

– О, – сказал Китраан, – это не имеет значения.

– Как не имеет значения, – удивился Пиро. – Ах да, ни один из них не является вашим лакеем.

– Точно, – сказал Китраан. – Поэтому об этом я больше не скажу ни единого слова.