Ван Чех выходил с очередного сеанса терапии Бонни, после которого был абсолютно выжат. Он закрыл дверь в палату, выдохнул и помотал головой, утер выступившую на лбу испарину. Самое начало дня, а он устал, словно без передышки таскал мешки с картошкой целый день.

- Доктор ван Чех, - Пенелопа затормозила возле него, - давненько тебя не видела. Не хочешь перекурить? Я устала, как собака, а еще только утро.

- Хочу, - подумав, ответил доктор, - и "перетереть" с вами кое-что тоже был бы не против.

Пенелопа едва сдерживалась, чтобы не сказать чего-нибудь двусмысленного.

- Как успехи с Бонни? - спросила она, закуривая.

- Пока никак не можем вспомнить детство. Это основная загвоздка. А вот страхи постепенно снимаются, - ван Чех аккуратно прикрыл дверь в курилку и достал портсигар.

- Нужен гипноз. Без него никак. Будет бурная реакция, но ничего страшного, я думаю, переживет.

- Я - плохой гипнолог, - сокрушался ван Чех, - ты мне поможешь?

- Ага, прям вот сейчас и побегу. С чего бы? У тебя отпуск через неделю. Все что я могу, дать тебе волшебного пинка в направлении одного очень далекого города, где живет лучший в мире специалист по гипнозу - профессор дер Гловиц, со своей семьей. Тебе больше, чем азы и не надо. Так что поезжай к нему, а я договорюсь, чтобы он тебя принял.

Ван Чех задумался, непроизвольно глядя туда же, куда смотрел раньше, на челку Пенелопы. Она расценила его взгляд не правильно, и стала поправлять ее.

Ван Чех отмер и вздрогнул. Он вгляделся в ее лицо и заметил некоторые перемены в ней. Она осунулась, разноцветные глаза стали как будто больше, белок стал раздраженно красным. На лице лежала печать утомления.

- Ну, теперь все в порядке? - спросила она, смущаясь его пристального взгляда.