— Фотографию, — Ирина тяжело дышала, по лбу струился пот. — Для альбома. Я дала ему одну.

В последний миг я выдернул из её памяти отпечаток ауры незнакомца, деформированный человеческим восприятием. И узнал его мгновенно — тот же самый, что был в день Цветочного Бала… Я выругался — ничего нового, информации на каплю больше. Ах, ну почему девчонка не из магической семьи!

"Он из Мидгарда. Это сужает круг", — телепатнул Эрик. Я уже снял заклятье с людей, и мы продолжили мирную беседу. Результатом стал заговор — не говорить Лаэли о том, что я собираюсь окольцевать её, хотя бы до конца летней практики.

Вот и осталось мне гулять пару месяцев. Что я буду делать потом?

— Ты можешь к тому времени взять в жены какую-нибудь другую девчонку. На Земле двоеженство запрещено.

Я послал Эрика в Хель с его мудрыми советами… Пусть сам добровольно лезет под каблук, а я как-нибудь переживу. Готовить и сам умею — макароны и яичницу… и чай заваривать.

Размышления на кулинарные темы сменила неприятная мысль о завтрашнем экзамене у Ринальдо. Я утешил себя тем, что вряд ли хоть один мой однокурсник будет готов — и провалился в царство кошмарных слов, где драконы в белой фате пытались выставить мне "неуд" за непрофессиональное спасение Иггдрасиля.

ЛАЭЛИ

Двадцать семь заспанных первокурсников столпились у кабинета Ринальдо, хмуро позевывая в ожидании начала экзамена. Он был предпоследним, и, собвстенно, нам всё было уже до такой степени до лампочки… Профессор явился, сияя, как подсолнух.

— Bon jour, мои юные друзья! Все горят желанием поскроее получить высший балл и приняться за подготовку к испытанию Ксавье?

Мы наградили хаотика мрачными взглядами, так что, не будь он магом высших категорий, заработал бы себе нехилое проклятье.

Продолжая лучиться улыбкой, демон радушно распахнул двери аудитории. Мы поторопились занять столы, храня гробовое молчание.