Но Трол, не стоял там, где задира его только что видел, он перенес центр тяжести на другую ногу, выпрямился и при этом отбил кулаком свободной правой руки острие пики по направлению к дереву. Конь задиры промчался мимо, пика вонзилась в древесину приличной в охвате ольхи, противоположный конец пики уперся всаднику в бок, и он, конечно, вылетел из седла, словно в него попал камень из катапульты. Удар об землю этого дурачка был таким громким и тяжелым, что последнему олуху в отряде стало ясно: поднимется он не скоро, если вообще поднимется.

– Ну что же, – медленно пророкотал раззолоченный, – я Гифрул, владетель Высокого Бора. А твое имя мне знать уже не нужно. Я не люблю запоминать имена тех, кого больше никогда не увижу, потому что…

Но Трол его уже не слушал. Он перехватил Беставит в двуручную позицию и проверил, как меч себя чувствует на этот раз. Кажется, тренировка не прошла даром, клинок был послушен. А значит, теперь все зависело от Трола.

Первых трех парней, едва ли намного старше самого Трола, но существенно хуже подготовленных, удалось снять на их страхе нанести неверный удар. Они прицеливались, медлили, а значит, дали подскочить под их копья и достать плоской стороной меча по ногам или по доспехам. Убивать Трол пока не хотел, для этого он еще не чувствовал себя совсем отрешенным от мира. Все трое были тяжко травмированы, у одного явно сломана голень – а большего пока и не требовалось.

Но вот потом произошло что-то странное. Самый сильный солдат отряда, который держался рядом с Гифрулом, вдруг очень сильно и певуче прокричал: