Спешенные вояки атаковали, вернее, попробовали. Так как игры кончились и испугать противника в этой рубке становилось не менее важно, чем маневрировать между деревьями, Трол решил не церемониться… Но убивать не смог, двоих отпустил, надрубив им руки чуть выше локтя. Все дело было, конечно, в том, что эти, с позволения сказать, воины очень мало что знали, еще меньше умели и уж почти ничего не делали как полагается. Они и двигались слишком медленно, и силы в их движениях настоящей не было. А оружие у них было такого низкого качества, что Трол в своем нагрудном доспехе чувствовал себя в полной безопасности.

Но потом пришлось напрячься, почти согласованная атака трех солдат пробила его летучие блоки, и Трол получил несильный удар в бедро. Вернее, он, конечно, ушел от этого удара, но кровь показалась на темно-синей ткани его штанов, расползаясь влажным пятном вниз. Тогда он решился.

Сделав обманное движение влево-вправо, сменив при этом стойки, словно он собирался скакнуть то вбок, то вперед, он нырнул под самого туповатого из оказавшихся перед ним солдат и незаметно воткнул ему в бок кинжал своей левой. Воин замер, но прежде чем он стал падать, Трол провернул кинжал в ране, а потом освобожденной левой перехватил меч противника, совсем недурной, если бы сталь не была так удручающе плохо прокована. Теперь он стоял с двумя мечами, причем левый был легче и мог летать чуть быстрее Беставита. И Трол решил показать, на что способен.

Он больше не отбивал выпады противника, не оглушал и, конечно, не ранил, только бы заставить неумеху выйти из боя. Нет, теперь он работал на убой. Обводил своим клинком выпады противника, рубил их в лица, шеи, незащищенные бока или открывшиеся из-под стальных пластин подмышки, колол в ноги или плечи и добивал… Добивал каждого из солдат, который после ранения имел неосторожность качнуться к нему, а не от него.