То шуршала, свистела, вспарывая воздух, стрела. Стой на этом месте любой другой, стрела врезалась бы меж бровей бедолаге и навсегда пресекла бы его жизнь. Но Владигор успел разделить мгновение полета на несколько долей, и одной такой частицы хватило ему, чтобы отшатнуться в сторону. Стрела, влетев в опочивальню, с легким треском врезалась в противоположную от окна бревенчатую стену. Ее оперение еще продолжало вибрировать, когда князь услышал за дверью подкрадывающиеся шаги.

Отец Владигора, князь Светозор, был убит когда-то именно так — среди ночи, людьми, посланными родным братом Климогой. Так неужели и сейчас измена?

Князь быстро потянулся за мечом и встал за дверью. Тяжелая дубовая дверь, не скрипнув, распахнулась, и в опочивальню ворвались четверо.

Вломиться так, без упреждающего стука, могли только враги. Князя не обмануло, что все они одеты в то же, что и его собственные дружинники. Они бросились к пологу, который прикрывал постель, и князь не стал больше скрываться, рубанул мечом ближнего, стоявшего к нему вполоборота. Удар был так силен, что кудрявая голова врага с полуоткрытым от удивления ртом тут же с глухим стуком упала к ногам остальных. Не медля, князь выбил ногой меч у второго и рассек его тело от правого плеча наискосок вниз.

Из четырех врагов в живых оставалось двое. Оба они, выхватив короткие мечи и ощерив зубы, медленно надвигались. Лишь тела двух зарубленных разделяли их и князя. Неожиданно в коридоре послышался топот многих ног и встревоженный голос Ждана:

— Князь! Князь!

Враги переглянулись, Владигор успел за этот миг левой рукой схватить со стены метательный нож, а в следующее мгновение нож, молнией пролетев малое расстояние, с силой вонзился в горло третьему врагу.

— Князь! Князь! — услышал Владигор голос Ждана уже за дверью.

— Здесь я, входи! — отозвался князь и подумал, что четвертого врага надо обязательно взять живым.