— Расскажите ещё что-нибудь про бессмертных, — упрашивал Тильво своих спутников.
— Видишь ли, друг, с этими бессмертными не все так просто. Говорят, раньше их жило в мире так много, что запросто можно было повстречать их в самой обычной таверне. А потом они ушли. По крайней мере никто их больше не встречал. Люди поначалу смеялись: проживём и без них. И только посвящённые, те, что были у них вроде подмастерий, огорчились.
— Да, это уж точно, — перебил Иеронимуса Бротемериус. — Сначала наша Сила стала таять, а затем пришло Небо, и Силы стало хватать только на самое простое. Из могущественных мира сего мы постепенно превращаемся в нечто вроде бродячих циркачей.
— Кстати, знаешь, почему посвящённые путешествуют только пешком?
— Почему? — спросил Тильво.
— Просто раньше мы могли мгновенно перемещаться из одного города в другой. А потом Сила истаяла, но обычай остался. Вот и ходим мы только пешком.
— Это все очень печально.
— Не то слово, — вздохнул Иеронимус. — Сыграл бы ты, что ли, Тильво. Народу в таверне не осталось. Сыграй и спой ту песню.
— Хорошо, — не стал возражать Тильво и потянулся за своей дайлой.
Ночь зажглась яркими огнями. Ущербный жёлтый диск стал виден сквозь мутное окно таверны. Посвящённые наслаждались зрелищем. А по опустевшему залу разносились забытые почти всеми в этом мире слова языка бессмертных.
— Я устал, давайте спать, — проговорил, зевая, Тильво, едва закончив играть.
— Что ж, давайте расходиться по своим комнатам.
Наутро Тильво и посвящённые узнали ошеломляющую новость. Хозяин таверны рассказал, что один из местных Слуг Неба сошёл с ума. Прибежав ночью к настоятелю храма Неба, он начал сбивчиво рассказывать о том, что Небо исчезло, а в вышине появилось множество огней и жёлтый круг. При последних словах кабатчика внутри Тильво все похолодело. Не долго думая, настоятель храма сдал сошедшего с ума Слугу Неба Воинам Неба. Говорили, что дознание длилось всю ночь, причём под самыми страшными пытками Слуга Неба повторил все то же самое. Наутро его решили сжечь как нераскаявшегося еретика.