— Возможно, — наконец промолвила она. И, не сводя глаз с собеседника, добавила: — Но я так не думаю.

«Который подчинил себе Лес». Эта мысль потрясла Дэмьена. Вся мощь Церкви была когда-то брошена против безграничного зла в той войне, которая должна была положить конец вообще всем войнам… и безуспешно. Возможно ли, чтобы одному-единственному человеку удалось покорить себе такую мощь, когда тысячи других лишились жизни, пытаясь сделать это?

Вздохнув, он вернулся к действительности. Леди Си спросила счет и накинула на плечи жакет. Неужели они пробыли здесь так долго?

— Уже поздно, — улыбнулась она, извиняясь. — Мне пора возвращаться.

— Чтобы не встретиться с ними? — Дэмьен постарался выговорить это непринужденно, но ему не удалось скрыть своей тревоги.

Им принесли счет, Дэмьен просмотрел цифры.

— В этом городе девяносто шесть языческих храмов, — тем временем предупредила его Сиани, — девятнадцать чародеев и около тысячи человек, считающих себя колдунами или чем-то вроде этого. Тебе не понравятся ни они, ни то, чем они занимаются. Поэтому не спрашивай.

— Не знаю, не знаю. Вот эта чародейка, к примеру, мне очень даже нравится.

Сиани поглядела на него. Слова Дэмьена явно смутили ее. Наконец она встряхнула головой:

— А ты куда приятнее, чем можно было ожидать.

Он усмехнулся:

— Стараюсь!

— Ты еще будешь в городе некоторое время?

— Если они меня вытерпят.

Женщина не спросила, о ком говорит Дэмьен. Это подтверждало, что она уже об этом знает. Ее Познание действительно было полным, что несколько неожиданно для такого места, как это.

Дэмьен вгляделся в окутанную ночью площадь и подумал о том, что может скрываться в такой темноте.

— Пойдем, — сказал он Сиани и бросил на столик несколько монет, — я провожу тебя до дома.

Если Собор даже издалека выглядел величественно, то вблизи он производил еще более сильное впечатление.