– А ну, прочь отсюда! – и выхватил короткий меч из аккуратно пристроенных у него на пояснице ножен. Откуда ни возьмись – и как они здесь оказались? – выскочили Рашл и Оломбо и навалились на наемников с дубинками, а за ними – Шинн и Бантрил каким-то чудом возникли с другой стороны. Местные громилы тоже не теряли времени: они окружили нашу компанию со всех сторон, отрезав пути к отступлению.

Неожиданное столкновение, по счастью, несколько охладило пыл обеих сторон, и потасовка кончилась раньше, чем дело дошло до мечей. Телохранители игрока недосчитались, по приблизительному счету, доброй дюжины целых ребер на всю компанию, их завернутому в тогу куску баранины я собственноручно так начистила физиономию, что любо-дорого поглядеть, а вот Рашлу, к сожалению, сломали руку. Задерживать до полного возмещения убытков нас, нунциев, не имели права. Довольно и того, что нас под конвоем доставили на корабль, а Плекту велели, не теряя времени, собирать команду, ставить паруса и выходить в море, что он и исполнил несколькими часами раньше, чем намеревался. Для Персандера, я знала точно, эта история закончится по меньшей мере серьезным ущербом его профессиональной репутации. Поговорить после скандала нам не удалось.

В Кадастре, что на архипелаге Аристос, на крайнем западе Большого Мелководья, мы высадили Рашла на берег, нашли ему квартиру и врача, чтобы подлечил его до нашего возвращения. Теперь нам предстояло найти на Хагии другого копейщика, который заменил бы Рашла, пока мы выполняем поручение ведьмы.

Через десять дней мы были на другом берегу Агонского моря, – тоска и горькие упреки, которыми я осыпала себя всю дорогу, превратили этот переход в сплошное мучение.

Корабли, чей путь лежит вверх по течению Хаага, встают обычно на якорь в устье реки и ждут рассвета, когда ровный попутный ветер с моря донесет их до Большой Гавани без малейших усилий. Подняв паруса, наша каравелла присоединилась к довольно приличной флотилии, дожидавшейся восхода солнца.