Тренировки они, конечно, проводили, уставая даже выдумывать разнообразные планы и причины, но одно дело – учения, и совсем другое – нечто реальное, неисследованное. Так что – вояки даже сами напросились к нам. Пущай солдатики осуществят разворачивание своей техники в реальных условиях и с ожиданием боевых действий реального противника. А нам не жалко. Лишь бы они нас не перестреляли по ошибке. Но – служба есть служба, и умереть за родину почетно везде, даже от случайного выстрела перепуганного армейского чмошника.

Вообще начальство наше не поскупилось на операцию. Только специальных аппаратных наших комплексов подогнали штук пять. Расставили по периметру. Подключились к информационной шине. И вот уже вечерком – пошли отдыхать. Народу нашего было много – человек тридцать. Но большинство оперативников собралось в моей головной машине. Побазарить, пошутить, о жизни поговорить, покушать. О выпивке речь даже идти не могла – народ в госбезопасности серьезный и дисциплину соблюдает строго. За объект пока можно было не беспокоиться. Все равно вся информация дублировалась во все машины. Дежурные операторы работали постоянно. Кроме того, компьютеры автоматически определяли все приближающиеся объекты со всех сторон и подавали сигнал тревоги в случае необходимости. Погода была отвратительная, мерзкая, холодная. Собаку на улицу в такую погоду не выпустишь. Посему – выставили только несколько собственных солдатиков на самых врагоопасных направлениях – и собрались отдыхать в головную машину, к начальнику спецгруппы – т.е. ко мне, майору Сергею.458-му. Чем там армейцы занимались в это время – не знаю, у них там свои взаимоотношения и своя гопкомпания.

Нам бы только день простоять, да ночь продержаться. Потом придет другая смена, а мы уедем на отдых. А вот армейцы явно будут нести все тяготы военной службы постоянно, все время осады. Это тоже входит в их работу – проверка боеготовности, как-никак. Ну ничего, мы им поможем, чем сможем.