И без предупреждения голос Парка растворился в рёве статического шума.

Бэррис яростно вдавил кнопку комлинка, и шум оборвался; однако в ушах по-прежнему болезненно звенело.

– Полная боевая готовность! – проорал он, выхватывая бластер и стартуя в направлении оборонительного периметра. – Поднять всех солдат по тревоге. Где майор Вьян?

– Здесь, сэр, – подскочил майор откуда-то справа. – Все каналы связи заглушены.

– Я знаю, – стиснул зубы Бэррис. – С меня довольно. Там восемнадцать штурмовиков продираются сквозь кусты – пошлите кого-нибудь, чтобы отозвать их. Мы уходим.

Челюсть Вьяна начала медленно отпадать.

– Уходим, сэр?

– Так точно, – рявкнул Бэррис. – Возражения?

Губы майора подёрнулись. Должно быть, он прослушивал переговоры полковника с капитаном Парком.

– Нет, сэр, никаких возражений. А что делать с этим? – он указал на строение, в котором когда-то обитал инородец.

С задачей своей, по сути, они не справились: контакт не наладили. И очень вероятно, неторые высокопоставленные идеалисты из Сената ещё припомнят им, как они оставили дом инородца без тщательного осмотра.

Впрочем, на этот случай у них имелся запасной вариант.

– Мы заберём его с собой, – заявил Бэррис.

Челюсть Вьяна отпала ещё на пару миллиметров.

– Мы что?

– Я сказал, что мы заберём его с собой, – раздражительно повторил Бэррис. – На транспортнике места хватит с излишком. Скажите техникам, пусть развернут тяжёлые погрузчики и займут себя делом – я хочу, чтобы все погрузились за полчаса. Выполняйте!

Вьян громко сглотнул.

– Да, сэр. – Проворной рысью он метнулся к дому чужака.

Бэррис со всеми предосторожностями протестировал комлинк. Частоты по-прежнему глушились статическим шумом, и полковник, издав громкое проклятье, вновь обрубил его.

Он в который раз испытывал нехорошее предчувствие. Единственная причина, по которой кому-то могло понадобиться глушение коммуникаций: после охоты, устроенной прошлой ночью, их невидимый противник решил наконец перейти в полномасштабное наступление. Ступив под частичное укрытие одного из десантных челноков и убедившись, что он находится в пределах слышимости всего лагеря, Бэррис покрепче сдавил в ладони рукоять бластера и приготовился к битве.