лететь.

А если не сели раньше? Значит ли это, что вплоть до Нью-Гемпшира одна мертвая

земля? Стоит ли идти за горизонт?

— А у тебя есть выбор? — Сцилла смотрела на меня с груды золота, ее глаза

магически мерцали, ежесекундно меняя цвет.

— Ты не понимаешь, это ведь у черта на куличках!

Мысленное пожатие плеч.

— Ну и что? Еды навалом. Не пропадем.

Эх! Мне бы ее заботы!

Я посмотрел на кучу ценного металла и с сожалением закрыл железную дверцу.

Сейчас это абсолютно бесполезный и бестолковый лишний груз. Может, когда-нибудь

потом. В следующей жизни. У меня и так висел за плечом карабин, а руки заняты

патронами.

Мы вылезли из погибшей машины, молча постояли и направились к оставленному мной

рюкзаку под большим камнем.

Пройдя метров сто, я не выдержал, положил боезапас на землю и вернулся. Открыл

железную дверцу и поднял первый попавшийся брусок. Тяжелый. Неплохо. Никогда

себе не прощу, если не возьму хоть штуку. Не такой уж и большой вес.

Сцилла нетерпеливо ожидала меня у оставленных коробок.

— Пошли? — спросил я ее, поднимая их с земли.

— Куда?

— Вначале к рюкзаку, а затем туда, за горизонт..

Глава 3. Перекресток

Болело все. Ноги превратились в гудящие раны, я переставлял их автоматически, не

думая и не останавливаясь. Остановка это отдых, а отдых в данной ситуации смерть.

Сапоги казались свинцовыми, иногда даже возникала мысль бросить их здесь, как я

бросил свой бронежилет два часа тому назад. Но для этого надо было остановиться.

А это выше моих сил.

Плечи ныли от такого легкого, а теперь казавшегося сто тонным выцветшего

альпинистского рюкзака давно сгинувшей с Земли фирмы " Пума". Самое обидное, что