Лица ближневосточной национальности что-то гневно прорычали девушке. В ответ она потрясла в воздухе сникшим телефоном, как будто очередная заминка могла поднять им настроение. Тут Феликс заметил, что у нее точно такой же мобильник, как у него – финская супер-продвинутая модель, стоившая целую кучу денег. Феликс приосанился, расправил плечи и незаметно подошел к ней.

– Помочь Вам с телефоном, мэм?

Она испуганно вскинула на него глаза и оцепенела, замерла, словно кролик перед удавом.

– Не говорите по-английски? – догадался Феликс. -?Habla espanol, senorita?

Безрезультатно.

Он протянул ей свой мобильный. Но нет, она не пожелала его взять. Удивленный, даже немного обиженный ее отказом, Феликс окинул ее долгим изучающим взглядом и внезапно – его аж качнуло – осознал, как же она хороша. О, эти глаза – омуты! О, эти губы – лепестки роз.

– Это аккумулятор, – объяснил он ей. И хотя она не знала ни слова по-английски, про аккумулятор она поняла. При помощи жестов, он добился, чего хотел – она согласилась обменять свою разрядившуюся батарею на его рабочую. И вот оно, волшебное мгновенье: ее пальчики аккуратно достали аккумулятор из медного, ограненного золотом отсека, в который он взамен вставил свою батарею. Дисплей ожил, на экране нетерпеливо замельтешили цифры. Феликс нажал пару кнопок, широко улыбнулся и вернул ей телефон.

Она поспешно набрала номер, суровый отец-бородач что-то ответил, напряжение спало. Тяжело вздохнув, зажужжал вернувшийся к жизни арочный металлоискатель. Папа и дядюшка повелительно кивнули ей – так пожизненно заключенные командуют своему доверенному стражу, чтобы он следовал за ними – и она вихрем пронеслась сквозь раму, ни разу не оглянувшись.

Вместе с его батареей. Ну, ничего страшного. У него осталось настоящее сокровище – ее аккумулятор.

Услужливо пропустив вперед кучку народа, Феликс наконец прошел через сканер.