Вскоре он вышел к маленькому летнему кафе, несколько неуместному и слишком будничному среди этого буйства растительности, пестрых красок, резких птичьих голосов. Круглая площадка, огороженная невысоким барьером, и ничего лишнего: деревянные столы, скамьи и бар-автомат. Да и народу немного: всего лишь четыре посетителя и дряхлый старик в засаленной униформе уборщика, медлительно копошившийся за дальним столиком.

«Кто же из них?» — гадал про себя Мела, опускаясь за свободный столик. Двух парней он отвел сразу — слишком молоды. Женщина тоже мало подходила на эту роль, хотя окончательно сбрасывать ее со счетов не стоило. Оставался последний — высокий атлет с холодными серыми глазами и глубоким шрамом на левой щеке. На нем-то Мела и остановил свой выбор. Наблюдая за парнями, он краем глаза успел заметить, как порыв ветра сорвал со стола атлета пустой бумажный стаканчик. Расплескивая капельки сока, он закувыркался в воздухе, но коснуться земли так и не успел: скупым, расчетливым движением, не переставая вытирать губы салфеткой, гигант подхватил его на лету и снова поставил на стол.

«Ну что ж, — подумал Мела, довольный собой, — кажется, я не ошибся». Он поколебался, прикидывая, как лучше затеять разговор с атлетом, но тот вдруг поднялся, потянулся с грацией дикой кошки и удалился, оставив Мелу в полном замешательстве. Усилием воли Мела подавил первый порыв кинуться за ним вдогонку и остался сидеть, терпеливо выжидая, что произойдет дальше. Через несколько минут двое юношей поднялись с мест и ушли, о чем-то весело болтая, а следом скрылась и женщина. Недоумевая, Мела огляделся по сторонам. Неужели его встреча срывается?

И тут к столику подковылял старый уборщик.

— Не возражаете, если я на минутку присяду здесь перевести дух, сэр? — продребезжал старикан. — От этой проклятой поденной работенки, сэр, в горле то и дело першит.

— А не могли бы вы пересесть за другой столик? — раздраженно бросил Мела, даже не удостоив уборщика взглядом. — Я жду приятеля.