Смерть избавит его от отчаяния, пришедшего с растущим пониманием, что поиски других оставшихся в живых легионеров оказываются все более и более безнадежными.

А сейчас… ожила надежда. Если человек по имени Краск сказал правду, его отделяет лишь несколько часов от встречи с другими оставшимися в живых и, возможно, от ответов на некоторые вопросы, мучившие его не менее жестоко, чем боль.

(Аромат этого ожидания пронесся сквозь сон, наполнил и изменил его сущность. Напряженные движения глаз смягчались по мере того, как образы возникали и снова рассеивались. Впервые за много недель Кейл погрузился в глубокий, мирный, ничем не потревоженный сон. Его корабль несся через пустоту к планете Солтрениус).

Космопорт Солтрениуса мог быть и космопортом Коранекса — такая же пластибетонная поверхность, местами покореженная и захламленная при ремонте и жесткой посадке тысяч кораблей, те же приземистые, убогие постройки, в которых усталые чиновники принимали плату за посадку.

Даже прилепившийся к космопорту город мог бы перенестись из Коранекса и других незначительных миров вроде него. Конечно, встречались и различия: форма зданий, вид и одежда многих людей. Солтрениус выглядел мрачнее большинства миров, поскольку часть планеты занималась сбором и переработкой пыльных отходов от древесной шкуры местного растения, применяемых во многих мирах для лекарственных составов. Кейл обнаружил, что пыль была всюду, особенно на обычном наборе грязных домов, предназначенных для менее привередливых охотников за удовольствиями космических путешествий.

На этот раз Кейл избегал появляться на улицах. Он искал другой источник информации — местные факты, а не космические пересуды. Конечно, каждый мир имеет свои способы передачи общественной информации — голографические экраны или более устаревшее ультравидео. Работники общественной информации, скорее всего, и являются людьми, знающими то, что он хотел выведать.