Магин снова стал ведомым у попугая — теперь уже на своей собственной планете. Правда, место, где оказались путешественники, было настолько необычным, что сейчас им позавидовали бы самые крутые агенты имперской разведки.

Один из таких агентов, точнее — бывших агентов, готовил в это время сюрприз огромной разрушительной силы для любого непрошеного гостя, который рискнет явиться на Землю через портал базы номер два. Сам Раплинт не особо надеялся воспользоваться этим пересыльным пунктом, но все же не желал своими руками уничтожать последнюю возможность. Если циклов пятьдесят про него никто не вспомнит, можно будет попробовать отправиться на какую-нибудь отдаленную планету Империи. Совсем другое дело, если нежеланный гость, посланный Бергиамантом, попытается наведаться и закроет единственный известный аадаванским шпионам быстрый путь на Землю. Взрыв уничтожит портал, а заодно сообщит Раплинту о том, что про него не забыли.

— Добро пожаловать, гости дорогие, — сказал минер по окончании работы. — Теперь только от вас зависит, останется на Земле дверь в космическое пространство открытой или будет запечатана наглухо.

В отличие от Брундагака, на третьей планете Солнечной системы Империя Аадавана имела единственную базу, способную доставлять агентов. Этот сектор космического пространства считался одним из самых отдаленных от центра, а потому и бесперспективным. Если бы не заброшенная база герийцев, случайно попавшая в поле зрения имперских разведчиков, вряд ли кто-нибудь на Аадаване узнал бы о существовании небольшой планетки с цивилизацией, достигшей четвертого уровня развития. В секторе Варлан-пять такая планета оказалась одна. Имелось еще с десяток, где жизнь только зарождалась, и три звездные системы с признаками погибших или деградировавших цивилизаций, поэтому в данном секторе не было резидентского центра — и работал всего один агент в качестве наблюдателя.

«Что ж, надо переходить на легальное положение. Документы, квартира, работа». Не так давно Раплинт узаконил свое существование в Москве. Этому в большой степени способствовало усиление борьбы с мировым терроризмом, приведшее к ужесточению всяческого контроля. Встречи со столичной милицией ни к чему хорошему, кроме финансовых убытков, не приводили. И это в лучшем случае. В худшем же приходилось использовать усыпляющий газ, стирающий целый час человеческой памяти.