Чуть выше нервно перемигиваются зеленые и сиреневые сполохи. Однажды в баре подвыпивший инженер долго объяснял мне, что раньше это сияние называли северным, но после огненной купели Того Дня пульс неба виден везде, даже у нас. Что-то он там плел про радиоактивные частицы с большим временем полураспада и высокую ионизацию. Не знаю, может, и не врал… хотя инженеры со своими пси-подавителями, турелями и киберминами любят выпендриваться.

На востоке уже начали вспыхивать первые искорки — верный признак, что сияние не заставит себя долго ждать.

Плохо. Могу и не оторваться при такой иллюминации.

Где же тут спрятаться, ядрена мать?!

А ведь отвык я. Забыл уже, каково это — ходить по пустыне без оружия, сканера, оптики и электронных увеличителей. Минут двадцать разглядывал соседние барханы, пока не приметил скальный выступ, занесенный песком. Неплохое местечко. Чуть подкопаться, и в тени нависающего гребня меня не разглядишь.

На всякий случай я еще раз проверил, нет ли где движения. Медленно пополз вниз — уставшие ноги повиновались с трудом. На полпути запнулся, выворотил несколько глыб кремнезема. Увлекая за собой целые груды песка, они с шумом покатились к подножию.

Замечательно. Еще можно сигнальный костер разжечь: ау, мол, парни, я здесь. Ладно. Если найдут — пускай соображают, что я здесь делал.

«Соберись! Постарайся хотя бы дальше не наследить!»

Пригибаясь, я добрался до скалы. Вблизи схрон не выглядел таким надежным, как показалось поначалу. Спору нет, если правильно подкопаться — не найдут, но хорошо бы в процессе не обвалить себе на голову полтонны песка. Слежаться с недавней бури он еще не успел, тронь не в том месте — и привет.

Нож осторожно врезался в грунт под скалой, с каждым ударом я с опаской поглядывал наверх: выдержит ли? Песчаная груда угрожающе подрагивала, время от времени сверху сыпались тонкие струйки. Когда они попадали мне на голову и за шиворот, я ругался вполголоса, но работы не прекращал, параллельно стараясь отогнать некстати появившуюся мысль, что рою не схрон, а собственную могилу.