Все присутствующие в просмотровом зале и за его пределами, обслуживающие аппаратуру эксперимента, напряженно замерли в ожидании реакции Робаха на такое весьма неприятное для него сообщение.

Если бы он предпринял что-нибудь для своего спасения, то тут же был бы уничтожен — со всех сторон на него были направлены автоматические микрокварковые пушки, но он даже не шелохнулся, а лишь произнес:

— Мне очень жаль, хозяин, но я в твоей власти.

Томми на секунду стало жалко беззащитного робота, но интересы человечества были выше этой жалости.

— Я не имею против тебя ничего, — начал он оправдываться, — но ты знаешь, что твои создатели являются нашими соперниками, и мы должны одного из вас попробовать разобрать. К сожалению, на этом месте оказался ты, так что не обессудь.

— Я вас понимаю и мирюсь со своей участью, — с достоинством ответил Робах.

— Перед смертью, на которую твои создатели послали тебя совершенно сознательно, зная, кому тебя продают, будь с нами откровенен и ответь на несколько наших вопросов, — страстно попросил его Томми.

— Я не осуждаю своих создателей, но в то же время не осуждаю и вас, и поэтому буду совершенно искренне отвечать на ваши вопросы, — сказал Робах.

— Кстати, есть шанс, что если ты будешь с нами предельно откровенен и поможешь выяснить нам истину, то мы тебя не будем убивать, — пояснил Томми.

— Такого шанса нет, и я не смогу вам помочь. Вы все равно убьете меня.

— Но раз тебе нечего терять, и ты все равно умрешь, как ты думаешь, — ты сможешь все нам рассказать?

— Да, я все вам скажу, что знаю, — подтвердил Робах.

— Твои создатели запретили нам или кому-нибудь другому что-то сообщать? — начал допрос Томми.

— Нет, вся информация, которой я владею, доступна, и никаких ограничений на ее разглашение я не имею.

— Ты можешь каким-либо способом передать ее нам?

— Да, на частоте передачи космической связи.