— Это мои сестры, Анна и Дафна, это дядя Роскар, тетя Ангелика, а это я, — указывает Арден на серый квадрат, аккуратно выписанный на холсте в крайней правой золотой раме.

— Совершенно не похож. Художник плохой попался? Ксиприссионист? Или габстракционщик?

— Нет, — вздохнул Арден. — Это я сбежал, чтоб не сидеть, не позировать. Скучно стало…

— Мм… — глубокомысленно протянула я. — В следующий раз, как заскучаешь, советую забраться в лабораторию придворного мага. Поверь опытному охранному артеф… то есть, я хотела сказать, поверь опытному охраннику: нет ничего интереснее и замечательнее, чем пристальное вдумчивое знакомство с магическими эликсирами, артефактными заготовками и прочими волшебными штучками!

Ребенок мгновенно купился на фальшивый тон моей неискренней заботы. Он понурился, скривил губу, будто собираясь поплакаться, и произнес:

— Я бы рад… Но мэтр Фледегран и дедушка Аэлифарра, когда вдруг покидают Королевский Дворец по делам, всегда плотно запечатывают башню магов. После того случая с дядей Роскаром…

— Какого случая? Почему я не слышала подробностей? В каком зале выставили для всеобщего обозрения итоговое тело?

— Дядя Роскар, когда был маленьким — таким же, как я сейчас, — пробрался в лабораторию мэтра Фледеграна и выпил эликсир, который наш придворный маг готовил для дедушки Лорада.

— И что?

— Если бы эликсир выпил дедушка, — продолжает совсем по-взрослому, солидно, объяснять принц. — Он бы просто выздоровел — он тогда сильно простудился и кашлял. А Роскар и так здоровый был. И от этого эликсира начал усиленно расти. «Акселерировался», — по слогам произнес трудное слово мальчишка. — С тех пор дядя Роскар такой высокий, сильный и никогда не болеет…