Здесь, надо сказать, я оскорбилась до глубины своей гномьей души.

— Ты, Далия, просто расистка какая-то! Чтоб ты знала, у клана Кордсдейл нет проблем со зрением! Мы ничем не хуже эльфов — только ростом немного ниже, а в плечах шире, и на ногах устойчивей! Доставай свой блокнот, будет тебе протокол наблюдения…

Вцепившись в корни сосны, я перебралась на самый край уступа и сосредоточилась на гоблинском молодняке.

Четыре детёныша — двое уже относительно подросших, и еще парочка поменьше, увлеченно ползали по траве, и что-то ели.

— Что едят? — увлеченно переспросила Далия, порхая карандашом по листу бумаги. — Как быстро двигают челюстями? Тщательно ли пережёвывают пищу? Попёрхиваются ли во время еды?

— Что делают? — обернулась я, услышав незнакомое слово. Кажется, именно в этот момент я и ослабила захват сосновых корней.

— Напа Леоне, не отвлекайся. Посмотри внимательнее: пища растительного или животного происхождения? Если верно второе, глотают они пищу целиком или отрывают кусками? Добыча извивается, убегает, парализована, обездвижена, оглушена или верно еще какое-то предположение? Напа Леоне Фью, что с тобой?

Ответить я не успела. Перед глазами поплыло еще на фразе «отрывают кусками», а тут еще папы-гоблина кувырк-хлопок-фыр-фыр нескончаемое, — и права я была, что не доверяла высоте. С законами, а тем более тяжести, не больно-то поспоришь, и стоило прыткому корню вывернуться из моих рук, как я быстренько потеряла равновесие и полетела вниз.

Единственной радостью от моего падения с высоты дюжины локтей стала его скоротечность.

Ну, и то, что количество гоблинов на той лужайке, в которую я воткнулась темечком, не уменьшилось, а существенно увеличилось. Они кружились вокруг, сияя радужными всполохами, кувыркались и кувыркались, и просто требовали погромче хлопнуть и фыркнуть на них, чтобы завершить цикл пере-вращений.