Я назвал.

- Ого! Ну, тогда тебе каюк. На бетоне разоришься.

Стоило идти к «специалистам», чтобы услышать от них то, что я знал и сам?

- Это понятно. Дешевле ничего нет?

- Есть. Асфальт опэнсорсный*.

* Open Source - программное обеспечение с открытым кодом, значит, бесплатное.

- И как он?

- Некоторые хвалят. Но я не слышал, чтобы такие площади им закатывали.

- Может, временная мера есть какая-нибудь?

- Найми сторожа, - посоветовал кто-то с галерки с натянутым на лицо смайликом. - Он, конечно, дыры не закроет, но хоть поубивает клопов-то. Эй, Сурок! - обратился он к одному из присутствующих. - Пойдёшь?

Крупный, наголо бритый парень вяло кивнул.

- Сколько? - спросил я.

- В месяц - тридцать драхм.

По-божески.

- Годится. Когда приступишь?

- Да хоть сегодня. Бабло - за неделю вперед. Пароль давай, адрес ресурса.

Я прикинул, что пересечься мы сможем после встречи с Викентием Ивановичем. Точное время я и сам пока не знал. Поэтому договорились, что я его наберу, как освобожусь.

***

Оставив Сурка с компанией на съедение собственным проблемам, я поехал на Красную Пресню. На метро. Боялся в пробке застрять. Куда точно, не скажу, по причинам, думаю, понятным.

Перед входом меня просканировали на предмет оружия, наркотиков и вредных мыслей, сделали копию всех страниц паспорта, занесли в базу данных и выдали разовый пропуск, отпечатанный с качеством праздничной открытки - ведь могут же, если захотят! Вежливо указали дорогу и отпустили в большое плавание по коридорам, которое я с честью преодолел.

Викентий Иванович оказался мужчиной зрелого возраста с непременными его атрибутами: лысиной и животиком на полведра пива. Рубашка цвета застиранного хаки и брюки с оттопыренными углами карманов говорили о том, что он либо не придает значения внешнему виду, либо это за него делает его жена. Визитная карточка, гальванизированная темно-синим фермием, скупо сообщала: «начальник департамента информационных технологий». Ни больше, ни меньше.