— Ну, ладно, — сказал он, ненавидя сам себя. — Ну, подожди. Я сейчас приеду. Но ты особо ни на что не рассчитывай. Я попробую.

Через двадцать минут Антимонах уже сидел перед компьютером в кабинете На: ходчивого. Системный блок был раскрыт, из него торчали шлейфы, внутри что-то позвякивало и повизгивало. Экран монитора тускло светился — что-то на нем было, но что — не разобрать. Антимонах пощипал себя за подбородок, погладил лежащую отдельно крышку системного блока, подул внутрь, пошевелил мышкой. Машина застонала, монитор мигнул и умер. Находчивый непроизвольно всхлипнул.

— Что, долго писал? — сочувственно спросил Антимонах.

— Два дня, — жалостно ответил A.C. — Не шла. Как никогда. Выдавливал по строчке.

— А что компьютерщики говорят? A.C. сжал кулаки.

— Что говорят, что говорят, — прошипел он. — Глюк, говорят.

— А точнее?

Антимонах не знал, отчего у компьютеров бывают глюки. Он впервые в жизни видел раскрытый системный блок. Эта загадочная стихия всегда влекла его. Но это было вдохновение художника.

— Игрушку под ДОС какая-то сволочь поставила…

— Под что? — растерянно переспросил Антимонах. — Под ДОС…

Антимонах вздохнул. Вдохновение художника, определенно, не спасало положения. Но он собрался с духом, возложил руки на системный блок, прикрыл глаза и сосредоточился.

— Принеси мне воск, обрезок ногтя с левого мизинца сисадмина, прядь волос невинной девушки и рюмку спирта, — приказал он Находчивому.

A.C. засуетился. Воска под рукой не оказалось, пришлось удовлетвориться огарком парафиновой свечки. За ногтем сисадмина A.C. побежал с плотоядным ликованием — он только немного досадовал, что нужен всего лишь обрезок ногтя, а не целый палец. Спирт после некоторых колебаний Антимонах согласился заменить водкой, которую А,С. стащил из тумбочки в кабинете главного редактора.