Самая большая проблема оказалась с прядью волос невинной девушки. Физиологическим состоянием сотрудниц редакции A.C. до сих пор не интересовался. В другой ситуации, наверное, постеснялся бы спрашивать. Но дело выше эмоций: новенькая корректорша, пойманная и с пристрастием допрошенная у окна в конце коридора, краснея, созналась, что она все еще невинна, после чего была бесцеремонно завлечена в кабинет Находчивого и принуждена собственной рукой отрезать прядь синеватых волос тупыми казенными ножницами. Антимонах ворчал: все эти эрзацы — парафин вместо воска, водка вместо спирта, крашеные волосы — сильно снижали вероятность успешного снятия порчи. Он сжег ноготь сисадмина, перемешал золу с водкой, растопил парафин на водяной бане с кипятильником и слил его в водку, обмакнул туда прядь волос невинной корректорши и покропил в открытый системный блок. После чего снова возложил руки, прикрыл глаза и сосредоточился. Через минуту монитор мигнул. В системном блоке что-то застонало. «Изыди! Я освобождаю тебя от глюка и доса. Верни статью, сволочь!» — приказал про себя Антимонах и совсем уже собирался повторить это вслух. Но монитор постепенно прояснился, системный блок перестал стонать и весело затрещал. A.C. вскрикнул. Антимонах открыл глаза и увидел на мониторе текст в формате Word.

— Давай, давай, сохраняйся, — зашептал он Находчивому, боясь спугнуть появившийся текст.

A.C. потянулся к мышке, но Антимонах задержал его руку и покропил прядью корректорши мышку. A.C. схватился за нее, нажал «сохранить», потянулся к кнопке «печать» и с сомнением посмотрел на Антимонаха.

— Может, принтер тоже полечишь?

— Давай, давай, печатай. Я не по принтерам.

A.C. нажал «печать» и побежал в другую комнату. Через две минуты он явился сияющий. Текст был спасен.

— Как ты это сделал? — дрожащим голосом поинтересовался Находчивый, когда. статья с опозданием всего в двадцать минут легла на стол ответственного секретаря.