— А что, с тактической точки зрения весьма удачное решение: пока зверь нападает на женщину, мужчина всегда успеет взяться за оружие, а, Гал? — ухмыляясь, подтвердил Рэнд, поглаживая крыса.

— Нет, это подло, — честно ответил воин, нахмурившись. — Заведомо слабого нельзя выставлять мишенью.

— Вообще-то я пошутил, — торопливо признался Рэнд, опасливо косясь на руку Гала, привычно метнувшуюся к поясу, туда, где некоторое время назад висел меч. Рэт предусмотрительно спрятался вору за пазуху.

— Я не приемлю подобных шуток, — сурово отрезал воитель.

— Ты, кажется, вообще никаких шуток не приемлешь, а зря, ирония и смех часто помогают там, где, казалось бы, остается место только для отчаяния, — поучительным тоном, видимо въевшимся в девушку вместе с теорией и практикой полученной в вузе профессии, вставила Элька и на несколько мгновений посерьезнела, видно вспомнив что-то свое, а потом прибавила: — Это вам и целительница подтвердит.

Мири кивнула, ответив девушке быстрой понимающей улыбкой:

— Порой умирает почти здоровый, но впавший в отчаяние человек, а смеющийся над своим недугом смертник встает на ноги.

— Ну ничего, мы еще научим тебя смеяться, — заверила Элька Гала, и это прозвучало так же безапелляционно, как его недавнее обещание помочь бедолаге Максу в освоении искусства плавания.

Оставив на время воспитательные мероприятия по развитию чувства юмора у воителя, команда вошла в столовую. Она понравилась Эльке с первого взгляда, как и остальные комнаты. Своим цветовым решением — мягкие кремовые, оранжевые, насыщенно желтые, шоколадные тона — столовая вызывала невольную ассоциацию с чем-то теплым и одновременно вкусным. Просторная комната с большим общим столом, окруженным стульями, и несколько маленьких столиков и кресел вокруг, чтобы можно было удобно посидеть за чашкой кофе и поговорить с избранным собеседником.