— Я готов купить все, что предложат на продажу. В моей коллекции таких диковинок еще не было. Имейте в виду, что больше всего ценятся маленькие монеты. Говорят, что их осталось всего несколько штук.

Не дожидаясь ответа собеседника, Вовка круто развернулся и направился к выходу. Через пять минут в трактир забежал запыхавшийся Гарген. Покрутив по сторонам головой, он разочарованно махнул рукой и направился к знакомой компании.

— Дон Сантиго, мой напарник не появлялся?

— Нет еще.

— Да куда же он подевался, чтоб его дремлющий прибрал! Купцы уже уехали.

— Если хотите, то можете продать мне.

Кабальеро говорил небрежно, но в выжидательном взгляде, направленном на стражника, мелькала неприкрытая алчность. Гарген, с минуту постояв в нерешительности, тяжело вздохнул, всем своим видом демонстрируя нелегкость принятого решения, и высыпал на стол всю коллекционную наличность.

— …четырнадцать, пятнадцать, — вслух считал кабальеро, разглядывая на свет каждую монетку. Что он там собирался увидеть, было неясно. Наконец, закончив подсчет, он подвел итог: — Всего, получается, пять больших монет и двадцать семь маленьких. Могу предложить тебе за все сто золотых.

— Не пойдет, ваше магичество, — отчаянно закрутил головой стражник. — Купцы давали пятьсот.

— Сто пятьдесят.

— Четыреста… двадцать.

— Двести!

— Не смешите мои валенки. Триста пятьдесят.

— Триста. Это мое последнее слово!

Кабальеро хлопнул ладонью по столу, словно возвещая об окончании торга. Стражник вновь тяжело вздохнул и с вселенской грустью в голосе изрек:

— Грабите вы меня. Ладно… договорились.

Старательно взвесив на ладони два кожаных мешочка с золотом, Гарген покинул трактир. Быстрым шагом пересек улицу и свернул в ближайший переулок, едва не столкнувшись лбами с подельниками.

— Все получилось?

— Так точно, господин капитан.