Сверкали молнии, гремел гром и лил дождь. Всю ночь скакал он, искусно ведя за собой хозяйского жеребца, чудом удерживая коней над пропастью. К рассвету они были уже далеко. С первым лучом солнца Дионелла забилась в мешке и стала кричать:

– Зачем ты посадил меня в этот грязный мешок, проклятый раб?

Разорвав мешок, красавица довольно ловко соорудила себе из него одежду и сказала, не скрывая ненависти:

– Ты все видел, презренный раб… Теперь я обязательно убью тебя.

Дионелла вскочила на коня и помчалась так, что юноша долго не мог догнать ее. Наконец, она неожиданно осадила резвого иноходца и спросила подоспевшего юношу:

– Как тебя зовут, раб?

Юноша помолчал и тихо ответил:

– Дион.

Девушка побледнела:

– Ты обманываешь меня.

– Клянусь, – ответил юноша и было видно, что он говорит правду.

– Дион и Дионелла, – задумчиво сказала девушка и рассмеялась. – Ты сентиментален и глуп! Но все равно я убью тебя. Дай только срок…

Сияло солнце. Дионелла безмятежно осмотрелась вокруг и сказала:

– Я голодна, раб.

Она соскочила с коня и улеглась на траву.

Дион расстелил коврик, разложил костер и достал отсыревшее от дождя огниво. Отложив его, Дион нашел под старым пнем пучок сухого мха и осторожно дотронулся до руки Дионеллы, лежавшей с закрытыми глазами. Ресницы у девушки слегка дрогнули, лицо осталось безучастным, только едва заметный румянец проступил на щеках. Она открыла глаза и увидела: Дион держал ее руку так, чтобы луч солнца прошел через алмаз в кольце, надетом на ее мизинце. Пламенная точка зажгла мох, и языки пламени весело забегали среди сучьев.

Дионелла резко села и стала смотреть на огонь.