
«А может и хазары», — подумал Олег.
— Ху из ю? — спросила другая кепка.
«Точно хазары», — с легкой светлой грустью подумалось Олегу. Пора было снова вспомнить о смерти.
Но тут вдалеке гавкнуло, и обе кепки побежали по кочкам.
«Не хазары», — с облегчением подумал Олег.
Нехазары дружно бежали в сторону леса.
Олег был древнерусским человеком и, хотя родился и вырос в лесу, с нехазарами он не побежал. Но он не побежал бы и в любом другом случае, поскольку все еще был в трясине, но уже не по пояс, а по грудь. А зря! Что зря Олег понял, когда увидел глаза зверушки, лизнувшей его небритую княжескую щеку.
«Конь!» — с ужасом понял князь.
Зверушка гавкнула.
«Не конь!» — обрадовался Олег и с уважением вспомнил убежавших нехазаров. «Недураки», — всплыло в голове незнакомое слово.
Зверушка гавкнула еще раз. Пора было наконец-то подумать о смерти и заодно поздороваться со скотиной.
— Шеломом бью, — честно сказал Олег и с размаху ударил скотину шлемом по морде.
И тут же все завертелось перед его глазами…
Акт беспримерного вандализма, совершенный князем по отношению к уникальной особи исчезающей породы домашних собак, был воспринят приемной комиссией как последний и решающий аргумент в пользу зачисления Олега в состав участников финальной стадии розыгрыша. Указанной собаке Баскервилей была оказана первая и последняя медицинская помощь, а сама собака посмертно была зачислена почетным членом семьи лордов Баскервилей.
Розыгрыш финальной части Большого Кубка по Спортивному Изуверству неоднократно переносился из-за неспортивного поведения ряда спортсменов. Изуверы капризничали. Приемной комиссии пришлось насмерть дисквалифицировать троих претендентов: Гитлера, Сталина и Муссолини.
Большие проблемы возникли и в связи с выбором места проведения Финала. В этом сезоне хотели принять изуверов Куликово поле, Неукротимая планета и Малая Земля. Однако после долгих раздумий Президиум Федерации остановился на детской песочнице яслей-сада N_8, временно используемой в качестве посадочной полосы сумасшедшего дома для невменяемых космонавтов. Космонавтам было предложено в течение ближайшего месяца потерпеть на орбите.
