Они увидели, как огромные крутящиеся колеса поднимали тучи серой пыли; разгоряченные кони вытянулись вперед от непомерных усилий; увидели черный без окон почтовый фургон, обитый стальными листами. Сейчас экипаж двигался вниз под гору, громыхал по дороге. На облучке сидели двое: кучер и охранник. Второй охранник, положив рядом с собой винтовку, лежал на крыше фургона, глядя на уходящую из-под колес дорогу. По обе стороны от нее держались четверо всадников, ни отставая ни на шаг и не удаляясь вперед. Запряженный восьмеркой лошадей, почтовый фургон тяжело покатил под уклон и прогрохотал в ущелье. Через несколько секунд еще одна пара всадников вынырнула на пригорок. Прежде чем фургон скрылся из вида наблюдателей, мимо галопом промчалась замыкающая группа. Потом грандиозная процессия быстро исчезла, как и появилась, оставив за собой лишь облако пыли, теперь медленно и лениво ложившейся на землю.

— Ну что, Толин? — мужчина в котелке отряхивал брюки, запачканные землей. — Что ты думаешь?

Травинка во рту Толина поднялась вертикально.

— Их двадцать три, не считая сидящих в фургоне.

— Внутри четверо, и они хорошо вооружены. Шестизарядные револьверы, винтовки и карабины. Листы, покрывающие фургон, шестимиллиметровые, из закаленной стали. В стенах есть прорези, шесть на два дюйма, прорезанные для сидящих внутри, чтобы они могли отстреливаться. Ты не мог заметить отсюда эти щели.

— Я их увидел.

Они возвратились к тополям, где были привязаны лошади. Толин отвязал поводья от ветки дерева и, вскочив в седло, сказал:

— Двадцать семь человек. Двадцать семь винчестеров. Бронированный фургон. Более пятидесяти револьверов. Снайдер, ты уверен, что они не спрятали внутри пушку?