— Это во мне шотландское. Я до сих пор вспоминаю рассказы о том, как расправлялся Джек Толин с не понравившимися ему барменами.

— Какого черта! Тол много лет не ходил в салун.

— А я не хочу, чтобы он начал с меня.

Посмеиваясь, Джесс и Тол уселись за столик.

— Они еще помнят тебя, Тол. Куда бы ты не приехал, слышно о Джеке Толине и о его горячих делах.

— Джесс, и ты не плохо устроился. Ты, должно быть, неплохо получаешь, чтобы содержать такой дом. Красивая жена.

— Можно получить больше.

Младший брат понизил голос:

— Я не получаю много, Тол. Дом для нас купила Кристин. Она заработала кучу денег в Додже. Некоторое время она была там танцовщицей. Но с тех пор, как Кристин вышла за меня, она вроде как остепенилась в своих делах. Хотя в душе до смерти останется потаскушкой. — Джесс со стуком опустил стакан на стол и дрожащей рукой налил виски. — Ее знакомый по Доджу однажды проезжал через Форк. Он пришел в дом и предложил ей уехать вдвоем в Дэдвуд. Я бы убил его на месте, если бы было оружие. Но Кристин выслушала его так, будто он предлагал ей послеобеденную прогулку. Когда он ушел, она рассказала, что он чаще других покупал ее в Додже. Представь себе, как она это говорила мне! Мне не повезло с женой.

— Очень плохо.

— Но я смогу сделать все, что хочу сделать быстро. Тол, ты правда, очень изменился. Я пью сейчас больше тебя.

Джек допил свое виски.

Они перешли в «Серебряный доллар», где прикончили еще одну бутылку. Потом отправились в «Стимбоат Хаус», большой салун с игральными столиками за перегородкой.

После первого стакана Джесс хлопнул по стойке и закричал:

— Мой старший брат! Он может обыграть и победить каждого в любой игре! Карты, кулачный бой, нож или револьвер!

Джек быстро проговорил:

— Да… я могу… если ты прекратишь бахвалиться. Ты забываешь, что я сейчас живу мирно и никого не трогаю.

— Но это правда! — продолжал орать Джесс. — Нет в Дакоте человека, который бы мог противостоять тебе!