Работы тут было достаточно для каждого, и произошла некоторая путаница. Необходим был опыт и навык располагаться лагерем, чтобы все устраивалось ловко и быстро.

Лошадей выпрягли, напоили и пустили пастись. Упряжь и хомуты повесили на передние колеса. Том отыскал сучьев для костра, которых оказалось множество, и удары его топора гулко раздавались в воздухе. Хэднолл с сыном вытащили из повозки походную печь и ящик с продуктами, затем кухонные принадлежности и складной стол. Очистили ровное место, развели костер и растопили печь, и женщины принялись готовить пищу. Хэднолл раскинул палатку для себя и для жены. Для Сэлли постель была устроена в повозке. Пилчэк помог Стронгхэрлу раскинуть палатку около их повозки, но себе устроил постель под деревьями, растянув брезент и покрыв его шерстяным одеялом. Бэрн Хэднолл тоже раскинул палатку для себя и жены, а Том решил расположиться под повозкой Бэрна.

К закату солнца сели ужинать. Все были голодны, и даже Пилчэк, казалось, чувствовал себя теперь хорошо. Если были какие-то страхи и опасения у женщин, то теперь они рассеялись. Разговор был веселый и бодрый. Сэлли Хэднолл кокетничала с Томом, но, видя, что тот не замечает ее заигрываний, перенесла свое внимание на Стронгхэрла.

После ужина Том нарубил и сложил дрова для костра на ночь и на следующее утро. Покончив с этим, он пошел вдоль речки к пасущимся лошадям. Он решил не привязывать Дести на ночь.

В нескольких стах ярдах за их стоянкой речка протекала между высокими вязами и, бурля, впадала в глубокий пруд. Том присел там на пень и отдыхал, погрузившись в мечты. Мысли его, казалось, неслись и крутились, как струи реки, по-видимому, без всякой цели.