– Хорошо, Алена… как знаешь. Извини.

– Спасибо за понимание, – улыбнулась Малышкина и примирительным тоном сказала: – Прости за грубость. Просто у меня такая рана на сердце осталась…

– Я знаю…

– Ладно, мне уже надо собираться. – Алена посмотрела на часы. Они показывали около шести вечера, а встреча была назначена ровно на семь.

– Как придешь, позвони обязательно! Или я узнаю обо всем только на следующей неделе из газеты? – рассмеялась Ксюша.

– Да нет. Ты же моя лучшая подруга, тебе можно и нужно знать правду. Позвоню! Пока!

Алена задумчиво уставилась в окно. Этот разговор вновь напомнил ей о том, что произошло в начале девятого класса, когда она впервые по-настоящему влюбилась в одиннадцатиклассника, но так получилось, что любовь была безответной. Что творилось тогда в душе Алены, было сравнимо только с песчаной бурей в пустыне, цунами в море, переживания захлестывали ее с головой. Ей было обидно и больно. Она не могла позволить случиться всему этому вновь. Не могла. И не хотела. Или хотела… тихонько, где-то в самом потаенном уголке своей души, желала этого, но усиленно скрывала… Потому что не хотела быть такой, как все. Романтика, слезы, переживания по молодым людям – все это было не по ее части. Она была гордой и сильной!.. Или просто создала себе такой образ…

За окном пушистые снежинки, падающие с серого неба, ловко подхватывал легкий февральский ветерок и уносил куда-то вдаль. Она грустила. Сейчас, вспоминая события недавнего прошлого, она сожалела о том, что на молодого человека в тот раз ушла буря эмоций, бесполезных переживаний, была потрачена уйма бессонных ночей за написанием любовных стихотворений, которые шли из самой глубины ее сердца… А взамен она получила лишь «контрольный выстрел», который лишил ее всех грез, исказил представления о счастье с любимым человеком. Она, как сейчас, помнит этот презрительный взгляд бездушных карих глаз, в ушах до сих пор звенит холодный голос: