Артем засмеялся и чмокнул сестру в лоб:

– Писака ты наша газетная. Ну не напишешь один раз, ну и что? Никто тебя не убьет.

Малышкина встала с колен, махнула на брата рукой и побрела к дверям. Уже на выходе обернулась и жалобным голосом пропищала:

– А может, ты Верке изменяешь?

Брат бросил на нее испепеляющий взгляд и рявкнул:

– А ну брысь отсюда, и чтоб я таких глупостей больше не слышал!

– Бе-бе-бе, – Алена показала ему язык и исчезла в своей комнате. Артем услышал, как громко хлопнула дверь на втором этаже.

Девушка снова села на стул и уставилась на монитор своего голубого ноутбука. От того, насколько был чист и бел этот лист формата A4, у Алены заболели глаза, она отвела их в сторону, и вдруг взгляд упал на телефон, который мирно покоился на кровати. Она бросилась к трубке, набрала шесть заветных цифр и вскоре услышала любимый голос лучшей подруги:

– Алло, морг на проводе. У вас кто-то умер? – как всегда не очень остроумно поприветствовала абонента Ксюша Нахимова.

– К счастью, нет! – воскликнула Алена. – Нахимова, слушай. Как у тебя с Кирюхой дела обстоят?

– Да… ням-ням… лучше всех, – Ксюша очень аппетитно что-то жевала в трубку. Два пирожных в желудке Алены вдруг резко дали о себе знать. Как же она не любила заварной крем с кокосовой стружкой! Знала ведь, что ей станет нехорошо, и все равно слопала за милую душу два творения кондитеров-извращенцев!

– Ну, расскажи что-нибудь захватывающее про ваши отношения! Что-нибудь, что взбудораживало бы кровь! Прям так ух!

– Малышка, ну что тебе рассказать? Мы с тобой разговаривали час назад, и я тебе в подробностях отчиталась, чем мы занимались, практически слово в слово передала даже нашу с ним беседу! Что ты еще от меня хочешь? В том, как мы ходили на каток, и Кирюха рухнул всем своим телом на лед и расшиб подбородок, нет ничего, что будоражило бы твое писательское воображение!